Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Амадео и Бобур

Смотрите какой прелестный Амадео М. Гастон Модо, 1918г. Висит в Бобуре..я его там не помню, хотя в 2008 году в Бобуре у меня М.в приоритете точно не был, пролетела мимо. Я там была ради Родченко и Александры Экстер, нарвалась на экспозицию временную. Какой Амадео, когда Александр Михалыч с Александровной под ручку? Ну ещё пробежала мимо Баския со Шнабеля, отдала дань Шнабеля как режиссеру ( обожаю!) и ужаснулись его и Жан Мишеля хреновой живописи (висят или нет они в Бобуре, дрянь это, а не живопись). Надо, если выживет, всё-таки поехать и насладиться Амадео живьём. Им и Боттичелли во Флоренции, при всей моей индифферентности к Италии. Но что сейчас можно загадывать или планировать? Ладно. No pasaran!

Зинаида Серебрякова

Серебрякова изумительна. Как может быть иначе, когда ты родилась Лансере-Бенуа. Хотя мне совсем не нравятся ее ранние (10х) годов гуаши, она совсем не пейзажист. Зато крестьянские портреты ( Беление холста - это шедевр, и где-то Коровин с ранним Кустодиевым, которых я обожаю), ее портреты маслом, ее маррокканская пастель, ее натюрморты и бельгийские панно-это нечто. Такая счастливая юность и такая трагическая зрелость. Она конечно - редкий бриллиант, нечто особенное в искусстве. Такая современная и такая антично- ренессансная. Хорошо, что в период оттепели ее так " отогрели" и признали. И сама она такая неземная, очень похожа на Жанн - музу Амадео Модильяни. Ее саму надо было холить и лелеять, а она всю жизнь выживала...

Collapse )

Марина Ивановна


Вы, чьи широкие шинели Напоминали
паруса,
Чьи шпоры весело звенели И голоса,
И чьи глаза, как бриллианты,
На сердце вырезали след, — Очаровательные франты Минувших лет! Одним ожесточеньем воли
Вы брали сердце и скалу, — Цари на каждом бранном поле И на балу. Вас охраняла длань Господня
И сердце матери. Вчера — Малютки-мальчики, сегодня — Офицера!
Вам все вершины были малы
И мягок — самый черствый хлеб,
О, молодые генералы Своих судеб! _________ Ах, на гравюре полустертой,
В один великолепный миг, Я встретила, Тучков-четвертый,
Ваш нежный лик,
И вашу хрупкую фигуру,
И золотые ордена…
И я, поцеловав гравюру, Не знала сна…
О, как, мне кажется, могли вы
Рукою, полною перстней,
И кудри дев ласкать —
и гривы Своих коней.
В одной невероятной скачке
Вы прожили свой краткий век…
И ваши кудри, ваши бачки Засыпал снег.
Три сотни побеждало — трое!
Лишь мертвый не вставал с земли.
Вы были дети и герои, Вы всё могли.
Что так же трогательно-юно,
Как ваша бешеная рать?.. Вас златокудрая Фортуна Вела, как мать.
Вы побеждали и любили Любовь и сабли острие — И весело переходили
В небытие. _________ Марина Цветаева Генералам двенадцатого года

Гиечка и Никитушка ( тогда ещё не Н.С.)

Как я люблю À bout de souffle Ж-Л. Годара объяснять не надо. Вообще, неореализм 60-х в кино - это что-то запредельное, потому что одинаково хорош что французский, что итальянский, что русский - разницы особой нет - больше такого в истории кино никогда не было. Почему-то долго для меня эталоном в этом вопросе были фильмы М. Хуциева и М. Ромма (ну и "Мой старший брат" Зархи, в основном потому что это Аксенов), а относительно недавно, пересматривая " Я шагаю по Москве", поняла, какой это абсолютный шедевр. Он такой прозрачный, такой естественный, там такие потрясающие Михалков-Стеблов-Локтев-Польских и все старшие товарищи скопом, причем и выбрать-то нельзя никого, потому что все восхитительны. Как сравнить эпизоды с Быковым, с юной Чуриковой или Басовым, если все они совершенны? А эти фразы :"Вы пройдите в больницу, собаку -на живодерку, а хозяйку под суд" или "Ты, я посмотрю, лакировщик, коньюнктурщик ты" или "Света, а ты меня любишь? Что-да? Да-да или да-нет?". Нет, ну честно, это что-то запредельное, почти документалистика, настолько оно НАСТОЯЩЕЕ, ЖИВОЕ, высокий класс, абсолютно интернациональное, не привязанное к языку, стране (только ко времени) кино, просто шедевр по всем статьям. Ну и Вадим Юсов, оператор, от Бога. PS. Странно, что дошла до этого только недавно.Про музыку Андрея Петрова и говорить нечего, она совершенна. Как и сценарий Шпаликова, и эта Москва начала 60х и люди в ней, рядом с которыми так хочется жить, чего больше уже никогда не будет.

Летов

Егор Летов прям моими словами. Умный человек был. И талантливый. Хотя я плохо знаю ГО, если честно. Летов как человек меня всегда занимал больше. Об искусстве, о творчестве берутся судить люди, не писавшие ни единой песни, ни одного стиха, ни одной картины. Кто может судить о Ван Гоге? Только какой-нибудь Босх. Кто может писать о Янке? Я могу писать. Но ведь пишет всякая сволочь! Я бы за проявление по***зма расстреливал на месте без суда и следствия. Весь стыд и позор, который мы ныне наблюдаем и имеем, коренится лишь в одном — в равнодушии, которое позволил себе сперва один, затем другой, третий, и оно разрослось, как мясо, как опухоль, как глист какой.

D'Orazio

Sante D'Orazio Один из великих, для меня в одном ряду с Аведоном, Лейбовиц и Тестино, а я очень в этом вопросе привередливая. У него даже чушка Пэлтроу выходит красоткой. Провокативный, дерзкий, охренительно-талантливый, люблю. Далее мои самые его любимые работы (и персонажи), хотя у него еще монбланы фантастических портретов. На последнем - сам маэстро, практически в родченковском стиле)

Collapse )

Beginners,2010 Мой текст 2012 года. Я считаю, что это очень талантливый текст. Правда так считаю.

Beginners,2010 Лучший фильм за последние несколько лет. Безупречный, тончайший, деликатнейший и запредельно искренний. Мистер Миллз написал безупречный, очень личный, почти интимный, очень проникнованный сценарий. по сути о себе и своей семье (но не вывернул себя наизнанку и эмоционально и физиологически практически как Кевин Смит в Chasing Amy, а сделал это как-то более мягко и интеллигентно, как, наверно, это делали Трюффо, Годар и Бертолуччи и делает Седрик Клапиш. Он собрал изумительную актерскую команду, очень европейскую, очень лирическую, очень тонкую и трогательную. Он сделал так, что МакГрегор играл так, как не играл никогда, настолько естественно, нежно, проникновенно, что почти не заметна та грань, за которой кончается актерство и начинается просто жизнь в кадре. Думаю, что так прекрасен в своей естественности, в переходах от смеха к слезам, от боли к улыбке, но уже по-взрослому, не так как в Trainspotting, он никогда не был. Кристофер Пламмер сыграл божественно, изображая джентльмена на 4 стадии развития раковой опухоли. Он привнес в фильм столько света, счастья, радости, наслаждения от каждого момента жизни, это просто не поддается описанию — отсюда и Оскар, и Golden Globe, и BAFTA. Мадемуазель Лоран — изумительная актриса (а ведь еще и сценарист, и режиссер, а не просто хорошенькая, умеющая играть француженка), а так как я не очень люблю молодых французских актрис, если только они не снимались у Клапиша (Одри Тоту не в счет, она и у него не очень актриса), а Лоран снималась у него в Paris) — здесь она настолько нежная, тонкая, с вывертами, такая легкая, как морской бриз и переливчатая как тропическая раковина. В паре с МакГрегором настолько органичны и естественны, что опять ты не видишь игру, а видишь какую-то невероятную, настоящую жизнь перед камерой. Горан Виснич, совершенно неузнаваемый тут, потолстевший, но такой живой, хотя его там всего минут на 7 в общей сложности. Такой невероятно прекрасный, сентиментальный, смешной и трогательный гейский гей.) Собачка Apтур, который на самом деле Cosmo, джек рассел-террьер, умеющий разговаривать молча и ни минуты не остающийся один без Оливера-МакГрергора, потому что начинает плакать — отдельный восторг, изумительная работа, отдельный тренер прилагался. ну и вообще она такая room-mate dog, как ее Миллз назвал (у нее есть настоящий прототип, собачка самого Миллза, очень милая). Миллз, будучи выпускником Беркли- колледжа, снимавший до этого, в основном, короткой метр — как раз тот тип американского режиссера, который продолжает традиции Линклейтера-Смита в полной мере, но при этом еще более, гораздо более европейский, тихий, очень умный, тонкий, и это есть в каждом кадре (потому что главный герой там именно Миллз, это story of HIS LIFE), в том. как он работает с актерами, как снимает (у него изумительные операторы, художники, причем они снимали только с 2-х камер, в очень ограниченном пространстве и вообще в очень спартанских условиях. При всей своей интимности (еще раз — это очень-очень личное кино, иногда до боли — фильм о том, как умирает твой отец, как вскрываются подробности его личной жизни, его драма жизни с матерью, его гомосексуализм, о котором знают в семье, но политическая-социальная и прочая жизнь позволяет всему стать самим собой только после смерти жены, то в какой атмосфере растер Оливер, почему он такой, какой есть и что на него повлияло, все это привязано к эпохе, громким политическим событиям в истории Америки и мира в целом (и этим он очень похож на Альфонсо Куарона), как причудливо переплетаются события прошлого и настоящего, как одно невозможно без другого и как все взаимосвязано, где настоящего-прошлого- будущего не существует, так как все едино… В этом плане — здесь имеет место лучший монтаж, который я когда-либо видела, настолько цельная картина мира, что дух захватывает. Иногда, правда, очень сильно напоминает Марка Уэбба в его (500) days of Summer, но это совсем не мешает. А если еще учесть, что он вывернул душу наизнанку, когда вмонтировал сцены со счетами за кремацию, за урну с прахом, за то, как он собирает все вещи отца в один полиэтиленовый мешок, за то, как он сохраняет мамины вазы и рамки с фотографиями, и все это так естественно, так логично и так прекрасно, что ты не можешь понять как у него получается так тонко «сшивать» реальность, с ее болью и страданиями и искусство, где все безупречно, не оставляя при этом не единого «стежка». Миллз очень тонкий, очень старомодный художник, он тихо говорит, он погружен в процесс с головой, он перфекциналист и он очень европейски мыслит и видит. Идеальный художник, с безупречным не только кино- и эстетическим, но и музыкальным вкусом — он смешал коктейль (или его звукорежиссер — неважно) из Джерри Ролла Мортона, Мэйми Смит и других великих и разбавил все это джазово-блюзовое великолепие Вивальди, Бетховеном и Доницетти — получился идеальный саундтрек — очень старомодный и невероятно современный. PS. Кристофер Пламмер от работы с ним в восторге, хотя сам признается, ч то он терпеть не может работать с молодыми режиссерами. Майкл Миллз — воплощение современного кино, в котором идеально собраны все кусочки паззла, мало слов, бьющая через край искренность, безупречное чувство меры, формы и стиля. Брависсимо!

Collapse )